Милосердие

Версия для печати

Jochua

Тело, подобно своеобразному муравейнику, наполнено постоянным движением, суматохой и кажущимся беспорядочным мельтешением отдельных частичек. Лишь на время отдыха эта суета постепенно затихает. Тело погружается в сон, чтобы затем пробудиться вновь и работать дальше, постоянно перерождаясь и заменяя мертвое вновь народившимся. Но бывает и так, что движение замирает по иным причинам. Самая страшная из них — это смерть. Агония может длиться очень долго, но постепенно жизненная сила оставляет тело, безвозвратно исчезая. А еще смерть — это повод подытожить результаты жизни. Сейчас тело Джока было похоже на такой вот погибающий муравейник и только слабое трепыхание сердца-бунтаря еще способствовало вялому току крови по безразличному организму. Где был сейчас Джок? Наверняка на пути в рай или ад. Только самый непонятливый или упорный мог еще пытаться достучаться до него. Это может показаться странным, но было нечто такое в полумертвом теле Джока, что не желало смириться с победным шествием смерти. То, что пыталось этому сопротивляться, было не совсем живым. Ошибкой было бы приписывать куску злокачественных клеток самостоятельное осмысление себя. Оно просто следовало программе, давным-давно заложенной в него еще прародителями Джока. Вы думаете, Джок был человеком? Да, он был им когда-то. Но это было давно. Сейчас Джок представлял собой готовую разлагаться и гнить гору мутировавшей плоти. А в самом центре черепной коробки мутанта притаилась его последняя надежда на жизнь. Раковая опухоль, некогда стремительно пожиравшая мозг Джока и превращенная позднее умельцами Мастера в подобие автономного компьютера, сумела выжить, когда все остальные клетки задыхались в агонии. Это квази-существо дергало ниточки нейронных связей, постоянно спрашивая организм: — Как ты? Что с тобой случилось? Как тебе помочь? — Сигналы уходили, но редко возвращались. Почки? Мы ждем, что скажет разум. Печень? Для чего тебе кровь, иуда? Легкие? Попроси сердце дать больше крови. Сердце, сердце… Единственный союзник, безуспешно пытающийся в одиночку и вопреки удержать остатки жизни. Кто-то должен взять на себя роль разума. Биокомпьютер может! Он узурпирует власть, поддержит сердце и подчинит себе организм.

Что за ленивая работа желез! Получите встряску. Благо, что нервная система не той слабой породы, что была раньше: откликается мгновенно и доносит волю нового хозяина моментально. Сердце, почуяв поддержку и ритм принесенных из поднебесной сигналов, оживилось и, преодолевая сопротивление суженых сосудов, стало нагнетать вязкую кровь, разогревая ее по ходу движения. Легкие, омытые током крови, насытили ее кислородом, заставив грудную клетку заметно подняться и опуститься. Задыхающиеся органы-города наконец-то получили принесенный красной рекой жизни живительный кислород. Все уверенней беря бразды правления, биокомпьютер заставил организм работать. Но вместе с ожившими нервными связями хлынул поток жалоб: ужасная рана в мышцах бедра, кровь утекает из простреленного тела, кисть правой руки изломана и требует восстановления… Инородные тела — пули — застряли в боку, раскололи ребра и привели к обширному кровоизлиянию. Это была боль, адская боль, которая и повергла разум в небытие. Но холодный и расчетливый компьютер раскладывал все по полочкам — для него боль была всего лишь источником полезной информации. Теперь, когда сердце исправно нагнетало кровь, а легкие насыщали ее кислородом, понадобились материалы для проведения восстановительных работ. Придется сократить мышечную массу и ликвидировать подкожный жир, но лишь потратив часть самого себя, организм мог залатать свои раны. Запрос был отправлен, и вот по кусочку была собрана дань: жиры, глюкоза, соли и ферменты…

Мышечные волокна вокруг кусочков свинца напряглись, затем под серой кожей обнаженного тела прошла серия мелких судорог, и из кровоточащих отверстий одна за другой выдавились пули. Они звякали о стальную поверхность стола, на котором лежало тело, и им вслед тут же лились струйки черной крови. Программа регенерации была начеку, и кровь моментально сворачивалась, переставая течь из ран. Но все это лишено смысла без РАЗУМА. Необходимо вернуть его в лоно тела, достучаться до него. Сначала осторожно, затем все настойчивей биокомпьютер стал бомбардировать клетки мозга сигналами-раздражителями, но мозг будто отгородился навсегда от боли непреодолимыми бастионами бесчувственности и забытья. Слабая активность то тут, то там, но Джок был далеко. Оставалось последнее средство. Где-то в самом центре вычислительных контуров биокомпьютера аккумулировался заряд. По меркам физики он был слаб, но для опустошенного мозга он мог быть разрушительным. Другого выхода не было, и биокомпьютер пустил в ход этот последний аргумент…

Резкий звук падения чего-то металлического вывел Джока из забытья. Спиной он почувствовал холодную и гладкую поверхность ложа. Его рука, расслабившись, с отчетливым стуком ударилась о стальную поверхность. Джок попытался встать, и тут же в его мозг ударила волна оглушающей боли. Вмиг он ослеп и оглох. Но через секунду сквозь белое марево проступили контуры окружающего, и Джок понял, что сидит на краю металлического стола. Простынь, которой он до сих пор был укрыт, сползла на бедра, и Джок увидел на белой ткани бурые пятна давно высохшей крови. Мутант посмотрел вниз между своих ступней и обнаружил на полу эмалированный противень, из которого во все стороны рассыпались хирургические инструменты. Джок в предчувствии чего-то ужасного отбросил простыню и стал оглядывать собственное тело. Память услужливо подсказала, где следует искать шрамы. Они там действительно были. Но вместо ужасных рваных ран и отверстий от пуль были лишь розоватые вздутия свежезатянувшейся плоти. Тупая боль отступила на задворки сознания и теперь служила лишь фоном разрастающемуся чувству голода. Джок осторожно ступил на пол, стараясь не порезаться рассыпанными на полу инструментами и инстинктивно, чуть было не потеряв равновесие от подступившей тошноты, ухватился правой рукой за край стола. Руку пронзила острая боль, и Джок рухнул на пол. Не обращая внимания на ушибы, он молниеносно приблизил кисть руки к глазам. Джок вспомнил, что с ней сделал воин Братства. Похоже, регенеративная программа не до конца восстановила порванные сухожилия и сломанные кости.

Кое-как, опираясь одной рукой о пол, Джок сумел подняться, и стал внимательно оглядывать помещение. Больше всего оно походило на операционную, если бы не неряшливые пластиковые мешки в углу и скопления грязи у стен. Пятна высохшей крови и разбросанные Джоком инструменты наводили на мысль о чем-то другом. Он лежал на этом металлическом столе, и инструменты уже приготовили, положив прямо на его теле, так как посчитали, что он мертв. Его ожидало вскрытие! Его хотели препарировать и выпотрошить, как дохлую рыбу, а затем засунуть вырезанные потроха в мешки и за ненадобностью выкинуть на помойку! На какое-то время эти мысли напрочь изгнали чувство голода, и Джоку вдруг стало страшно. А если вивисекторы вернуться? Но что-то подсказывало, что люди ушли отсюда уже давно. Пятна крови были старыми, а на шум, который устроил Джок, никто не прибежал.

Подобрав с пола самый большой из скальпелей, Джок, преодолевая дрожь в коленях, стал подбираться к полупрозрачным створкам дверей. Как только он оказался на расстоянии полуметра от них, двери с негромким шипением разошлись. Натянутые до предела нервы сыграли с Джоком плохую шутку. Он резко пригнулся и выставил вперед скальпель. Еще не затянувшиеся раны открылись, и из них стала сочиться кровь. В открывшемся проходе виднелись все те же унылые серые стены и ряды белых, горящих в пол накала, пластмассовых плафонов на низком потолке. Вдоль стен большой комнаты тянулись ряды металлических столов. На некоторых из них лежали человеческие тела, укрытые кусками полупрозрачной пленки. Глаза Джока наткнулись на руку, безвольно свисающую из-под пластика с края одного из столов. По серой коже бежала дорожка высохшей крови, заканчиваясь навсегда застывшей черной каплей на кончике пальца. Под рукой на полу темнела лужица застывшей крови.

На столах лежали такие же мутанты, как и сам Джок. Похоже, раньше в помещении работали охладительные установки, но сейчас по какой-то причине они не функционировали, и Джок чувствовал смрад, исходящий от разлагающейся плоти. Он уже хотел было вернуться в предыдущую комнату, как вдруг заметил в дальнем конце помещения поблескивающие стеклом огромные колбы. Джоку почудилось какое-то движение внутри них. Зажимая нос рукой, он, шатаясь, рысцой побежал к странным сосудам. Ногам было больно ступать по рубчатой резине, которой был покрыт пол, и подошвы ступней, подчиняясь указаниям биокомпьютера, огрубели и утолщились.

Подойдя к стеклянным колбам вплотную, Джок понял, что ошибся. Два огромных сосуда были заполнены зеленой жидкостью, в которой плавали неподвижные тела мутантов. Похоже, они были мертвы. Со стенок и дна колб срывались пузырьки газов и, путаясь в волосах трупов, шевелили колышущиеся пряди, создавая обманчивое ощущение движения. Лица мутантов были закрыты масками, от которых шли черные гофрированные патрубки, выходящие через верхние крышки наружу. Напряжение оставило Джока и он, в изнеможении прижавшись лбом к стеклу одного из сосудов, закрыл глаза. Внезапно стекло колыхнулось, и Джок отшатнулся, уставившись в широко открытые глаза мутанта внутри колбы. Из-за преломления света сквозь жидкость фигура мутанта казалась гигантской. Бедняга что-то мычал, пуская пузыри из-под маски, и дико дергал руками и ногами, отчего походил на разъяренного спрута, пойманного в садок. Джок, не долго думая, просто навалился плечом на колбу, уцепившись руками за ее края. Выдрав провода и крепления, он опрокинул сосуд на пол. Колба грохнулась, но не разбилась. Под давлением жидкости верхняя крышка вылетела, таща за собой шланги и срывая с мутанта маску. Жидкость разлилась по полу, собираясь в пазах резинового пола и устремляясь к отверстиям слива. Мутант внутри колбы, отплевываясь, стал выбираться наружу. Когда он встал на ноги и вдохнул воздух полной грудью, оказалось, что он намного крупнее самого Джока. Пожалуй, его можно было бы приравнять к гиганту даже среди мутантов. Иссиня черная грива волос струилась с его низкого лба на мощные мышцы плеч, а зеленые глаза, угнездившиеся в глубоких глазницах по бокам горбатого носа, делали его похожим на нахохлившегося орла. Лишь мгновение незнакомец смотрел на своего спасителя, а затем, резко развернувшись, бросился ко второму сосуду. Так же, как и Джок ранее, он ухватился за края колбы, отодрал ее, но не бросил на пол, как это сделал обессиленный Джок, а аккуратно положил, и только затем стал отдирать крышку. Не дожидаясь, пока жидкость из сосуда отхлынет полностью, он вытащил находящегося внутри мутанта наружу и сорвал с него маску. Джок и раньше встречал среди мутантов женщин. Эта была чуть изящней, чем остальные, если так можно было сказать о мускулистой широкоплечей женщине с широким скуластым лицом и вздернутым приплюснутым носом. Когда-то шикарные рыжие волосы теперь спутанной паклей свешивались на пол, а упругие мышцы безвольными мешками обвисли на расслабленном теле.

Черноволосый мутант безуспешно пытался привести женщину в чувство и едва слышно бормотал:
— Делайла, очнись… О господи, Дел, как же это. Ну, давай же. Я ведь смог. Очнись…
Раньше Джок особо не задумывался, а остается ли что-нибудь человеческое в мутантах после трансформации. Позднее, во время схватки в деревне, ему казалось, что сам он является лишь неестественным исключением из правил. Но вот теперь Джок воочию убеждался, что не только ему одному удалось сохранить человеческие эмоции и чувства. Джоку очень захотелось помочь. Если бы он мог… Внезапно невнятный шепот проник в его сознание. Так бывает всегда, когда его альтер-эго что-то хочет подсказать. Ведь он врач! Он может попробовать… Возможно, еще не все потеряно? Джок подошел к мутанту и склонился над женщиной. Действительно, если бы не темные овалы вокруг глаз и застывшее выражение лица, эта мутантка могла бы сойти за огромного человека, а черты ее лица и формы тела были пропорциональны и по-своему привлекательны. Джок, не говоря ни слова, опустил ладонь на грудь женщины, ощутив мертвенный холод ее кожи, а затем обратился к незнакомцу:
— Приподними ей голову и будь готов по моему знаку делать искусственное дыхание.
В словах Джока прозвучали повелительные интонации, и сникший было мутант с готовностью кивнул в ответ. Сейчас Джок видел все не так, как обычно. Сетчатка трансформировалась в тепловой скан, и мутант воспринимал тело женщины, как радужный образ. Охолодевшие конечности казались темными, а едва различимый сгусток тепла находился в центре грудной клетки. Еще не все было потеряно. Женщина умерла недавно. Рука Джока на фоне остывающего тела горела ярко желтым крестом, как паук, притаившийся на груди и готовый впрыснуть яд. Но не яд смерти, а эссенцию жизни. Со стороны казалось, что Джок ничего не делает. Но вот неожиданно грудь женщины под его ладонью вскинулась, будто от электрического разряда. На самом деле почти так и было. Ладонь послужила своего рода проводником, пославшим сердечной мышце сложно модулированный разряд, накопленный за несколько секунд в нервных тканях организма Джока. Для самого Джока это было не меньшим шоком. Но не он сейчас руководил операцией. Его разуму была неподвластна та скорость, с которой биокомпьютер бомбардировал грудь женщины импульсами, заставляя ее сердце сначала слабо трепыхнуться в аритмичном биении, а затем выводя его на сбивающийся, но все более уверенный ритм сокращений. Одновременно сквозь истончившуюся кожу подушечек пальцев Джока в тело женщины проникли активные элементы, которые, попадая в кровь, стимулировали метаболические процессы.

Вышедший из шока Джок слабо кивнул своему помощнику и тот, не растерявшись, стал энергично вдувать, словно мехами, воздух в легкие женщины. Буквально после второго вдоха женщина кашлянула, затем раскрыла беззвучно рот и, вскинувшись, захрипела, широко раскрыв глаза. Джок не поверил в то, что произошло с черноволосым мутантом в этот момент. У того вдруг из глаз брызнули слезы. Он подставил руки, удерживая бьющуюся в кашле женщину, целовал ее лицо и шептал:
— Я думал, что потерял тебя, Делайла, потерял… О господи… На этот раз… — Мутант спохватился и посмотрел на ослабевшего, находящегося на грани обморока, Джока: — Я в неоплатном долгу перед тобой, мастер… — Он говорил что-то еще, но Джок уже не слышал этого, провалившись в забытье…

Когда Джок открыл глаза, то увидел над собой озабоченное лицо черноволосого мутанта. Заметив, что Джок очнулся, незнакомец облегченно выдохнул воздух, а в уголках его глаз собрались морщинки от едва наметившейся улыбки:
— Фу ты, а я уж думал, что ты концы отдал!
Откуда-то из глубины помещения послышался низкий женский голос:
— Спроси, кто он такой и из какого подразделения…
Лицо гиганта исказилось от этих бесцеремонных слов. Похоже, он не хотел перечить женщине, и в то же время не желал показаться Джоку неблагодарным:
— Я рядовой Крулл, а это, — Крулл мотнул назад головой, — мастер лейтенант Делайла — мой командир… — Крулл замешкался, не решаясь продолжить.
Джок приподнял голову и тут заметил, что Делайла и Крулл где-то раздобыли одежду. Делайла смачно жевала, запивая из алюминиевой банки и живот Джока тут же откликнулся на увиденное жалобным урчанием.
Крулл пододвинул Джоку тюк одежды:
— Думаю, тебя стоит предупредить, что мы взяли одежду мертвецов из мешков, так что сам понимаешь…
Джок не страдал излишней брезгливостью, а в данной ситуации не отождествлял использование одежды умерших с чем-то грешным. Пока он натягивал тесноватые кожаные штаны и клепаную куртку штурмовиков пехотных подразделений, Крулл разглядывал шрамы на его теле.
— Ходили слухи, что у Мастера были подразделения, где служили такие как ты — кудесники боя и власти над телом. Но я думал, что это всего лишь сказки. Неужели рассказы правдивы и ты один из них…
Делайла с другого конца комнаты заинтересованно посмотрела на Джока и кинула ему через все пространство комнаты упаковку с едой:
— Кто же ты такой, доктор?
Ответить Джок не успел. Делайла приглушенно шикнула и подобралась, прижимаясь к стене около прохода, ведущего в комнату с мертвыми телами. Крулл проделал то же самое, застыв с другой стороны прохода. Делайла сделала большие глаза и прошептала:
— Кто-то идет, слышите!
Все трое притаились. Джок даже не решался выплюнуть или проглотить кусочек жареной картошки во рту, боясь захрустеть. Створки дверей разошлись и в комнату спиной, пригибаясь под тяжестью огромного армейского огнемета, вошел тщедушный человечек в белом халате. Джок облегченно вздохнул, так как ожидал увидеть кого-то поопасней, но Делайла и Крулл рассуждали иначе. Крулл одним прыжком оказался рядом с гостем, вырвал огнемет из его рук, а Делайла мускулистой рукой перехватила человека за горло, едва не оторвав ему голову. Задыхающийся человек засучил ногами, судорожно хватясь пальцами за рукав куртки Делайлы. Очки с его носа соскочили и, чудом не разбившись, упали на пол. Джок понял, что еще секунда и мастер лейтенант просто свернет человеку шею. Посмотрев на лицо Делайлы, он поразился той ненависти, которая исказила его. Она действительно вознамерилась убить этого бедолагу.

Ни Делайла, ни Крулл не поняли, что же произошло в следующую секунду. Только что фигура Джока была на противоположном конце комнаты, и вот он уже рядом. Удивительно сильная рука с неимоверной скоростью метнулась по направлению к горлу Делайлы и от резкой боли мутантка вынуждена была отпустить свою жертву. Затем целая серия тычков заставила ее уйти в глухую оборону, а неожиданная подсечка отправила Делайлу на пол. Развернувшись, следующим ударом Джок выбил огнемет из рук Крулла, и пока тяжелое оружие, лениво вращаясь, достигло высшей точки полета и направилось вниз, две широкие ладони Джока с неимоверной скоростью врезались в грудь мутанта. Крулл отлетел к стене и сполз на пол, глотая ртом воздух. Делайла, сумевшая подняться с пола, уже готова была кинуться на неожиданного врага, но обнаружила, что горячий от запальной горелки закопченный раструб огнемета направлен ей в лицо. Человек стоял на четвереньках и пытался отыскать очки, а Джок возвышался над ним, всем своим видом говоря, что и близко не подпустит к нему мутантов.
Крулл, отдышавшись, прохрипел:
— Значит, это правда… Ты один из этих… Специальное подразделение отца Макмиллана…
Делайла с ненавистью смотрела на Джока. Если бы она только могла, то испепелила бы его одним лишь взглядом:
— Зачем ты вмешался…
Джок помог подняться человеку и одной рукой отодвинул его себе за спину. Человек нацепил очки на нос и теперь, выглядывая из-за плеча Джока, переводил ошарашенный взгляд с Делайлы на Крулла. Джок дернул стволом огнемета, заставляя Делайлу присоединиться к Круллу в дальнем конце комнаты:
— Меня зовут Джок. Ты прав, Крулл. Я один из призрачных воинов — найткинов. — Джок заметил, как лицо Делайлы вытянулось от изумления. — Мне нужна информация. Этот человек может ответить на наши вопросы, а вы собирались его убить…
— Я давила и буду давить этих тварей. Ты даже не представляешь, как я ненавижу этих людишек, а в особенности эту их породу в белых халатах. — Делайла в сердцах плюнула на пол. — Но ты прав. Прижги этой гниде пятки, чтобы он все выложил… А затем мы заставим эту тварь показать нам дорогу из этого чертового места.
Крулл морщился, слушая слова своего командира, но помалкивал, не желая встревать между молотом и наковальней. Джок обернулся к испуганному человеку:
— Не бойтесь, мистер. Это всего лишь мутантский жаргон. Мы просто спокойно поговорим, — и в сторону начавшей осторожно приближаться Делайлы, — а кто не согласен, прокалю напалмом не задумываясь.
Делайла замерла на месте, не решаясь двигаться дальше, а Крулл примирительно сказал:
— Спокойно, Джок, мы ведь по одну сторону… — Крулл искренне улыбнулся очкарику. — Как вас звать, мистер?
Похоже, человек наконец поверил, что Джок всерьез намерен защищать его, и решился заговорить:
— Я не военный… Инженер… Из энергетической службы… Питер Майлз… — от лица человека наконец-то отхлынул страх, и он немного успокоился. — Вы находитесь в Ржавой Банке — форпосте Братства Стали. Это сектор медицинских исследований…
— Что случилось? Где все люди? — нетерпеливо прервал его Джок.
Майлз запнулся, собираясь с мыслями:
— До недавнего времени все было нормально, пока диспетчерская не зафиксировала рост температуры в реакторном отсеке в самой глубине форпоста. Сначала мы не придали этому значения. Параметры реакции были стабильны, а реактор работал в штатном режиме. Но когда инженерная группа не вернулась, мы заволновались. А затем стали исчезать люди. Мы находили лишь пятна крови, но тела исчезли. Военные объявили тревогу и разослали по форпосту вооруженные наряды. Маловероятно, что это было вражеское вторжение. Активные боевые действия давно закончились, а единственные мутанты — те, что в морге и в консервации… — При упоминании консервации Делайла напряглась, и Крулл, успокаивая, положил ладонь на ее плечо. Тем временем Майлз продолжил свой рассказ: — Спустя сутки этого кошмара мы потеряли почти половину гарнизона. Комендант отдал приказ эвакуировать форпост и заглушить реактор. Но тут выяснилось, что температура реактора уже превысила критическую отметку, а автоматика не позволяет затормозить реакцию в активной зоне… Это случилось вчера. Полковник Хоукинс — комендант базы, лично возглавил вооруженный отряд, который должен был спуститься на реакторный горизонт, чтобы предотвратить катастрофу и заглушить реактор. Но они не вернулись. Я остался один. Один… А наверху… — человек потерял остатки самообладания и что-то несвязно бормотал, то ли жалуясь на судьбу, то ли призывая погибших товарищей.
Джок потряс Майлза за плечо, приводя его в чувство:
— Почему вы просто не ушли из форпоста?
— Мы не могли допустить взрыва реактора. Если мы не заглушим его, то наверху погибнет целый город. Тысячи людей. А я остался один… Отряд Хоукинса исчез бесследно. Все остальные тоже…
— Сколько времени до взрыва реактора?
— Около двух часов, может быть меньше…
Делайла разразилась демоническим смехом:
— Это мне нравится. Кончай разводить нюни, Джок. Хватай за шкирку этого недоноска и пошли к выходу. Форпост пуст и никто не помешает нам выбраться отсюда. Пары часов нам хватит, чтобы отойти на безопасное расстояние. Нам ведь не привыкать находится в зараженной зоне, верно Крулл? — Делайла издевательски улыбнулась ужаснувшемуся человеку. — А человеческий город… Ха, ха… Пускай катится в тартарары.
Даже Майлз удивился словам, которые произнес Джок в ответ, не говоря уже о Делайле и Крулле:
— Я останусь здесь и помогу заглушить реактор. А вы… — Джок отошел с прохода, внимательно следя за мутантами. — Как хотите. Но выход вам придется искать самостоятельно.
— Дурак… Гибни ради этих никчемных созданий! Хочешь быть благородным героем… Поздно! Где ты был, когда я… А ладно, черт с тобой, оставайся… — Делайла, не оборачиваясь, скомандовала: — Рядовой Крулл, следуйте за мной.
Когда шаги мутантов затихли в недрах форпоста, Джок обернулся к Майлзу:
— У нас есть шансы проделать то, что не удалось людям Хоукинса?
— Шансов мало, но… Почему вы делаете это? — Майлз так же, как и Делайла, не понимал мотивов, двигавших Джоком. Да и сам Джок не до конца понимал их. Но на ум пришли слова о городе наверху, тысячах ни о чем не подозревающих жителях и Джок вспомнил, что когда-то и он жил вот в таком же маленьком городке…
— Так надо, мистер Майлз. Показывайте дорогу…

— Тупик. Что-то блокирует дверь. — Майлз безуспешно попытался приоткрыть железную дверь, покрытую облупившейся краской. В самом центре еще сохранилась сделанная по трафарету предупреждающая надпись и знак радиационной опасности.
— А другой путь? — Джок уже мысленно оценивал прочность препятствия.
— Основная лифтовая шахта на реакторные горизонты заблокирована. — Майлз, будто оправдываясь, продолжил: — Мы не знали, как ЭТО проникает на верхние уровни, и поэтому заварили шахту. Остался только этот технический колодец обслуживания и аварийного доступа на нижние горизонты. Думаю, Хоукинс и его люди прошли именно здесь. Возможно, они специально заблокировали дверь с той стороны?
— Сейчас узнаем. — Джок медленно стал сгибать в локтях руки, распрямив жесткие ладони параллельно поверхности двери. — Посторонитесь, Майлз…
Майлз толком не понимал, что собирается предпринять Джок, и с любопытством наблюдал, как напрягаются мышцы рук мутанта, а ручейки вен шокирующим рельефом, вздуваясь, проступают под кожей. Напряженные пружины рук Джока разжались и ладонями выстрелили в плоскость двери. Грохот железа оглушил Майлза. Во все стороны полетели остатки сохранившейся краски. Срезанные шляпки крепежных винтов с визгом полетели в разные стороны, а листовой металл двери выгнулся пузырем внутрь. Дикий скрежет возвестил о падении бастиона, и дверь, сорванная с петель, пролетела в проем прохода. В темноте открывшегося проема загромыхало, и Джок едва успел отскочить в глубь коридора, увлекая за собой растерявшегося Майлза. Сверху в коридор, кроша бетон косяка, влетела огромная стальная ферма лестничного пролета. Вероятно, именно она и удерживала дверь, обвалившись с верхних ярусов, и теперь, под воздействием стихийного бедствия по имени Джок окончательно рухнула в шахту. Под заунывный стон погнутого металла Джок выбрался на остатки лестничного пролета и заглянул вниз. Следом за ним, в изумлении разглядывая с корнем вывернутые из бетона куски поломанных петель, протиснулся Майлз.
— Внизу первый технический горизонт. Радиации быть не должно, но сейчас ничего точно утверждать нельзя. Я захватил счетчик…
Джок не нуждался в подобном приборе. Его сетчатка уже процеживала темноту, разбавленную редким светом горящих в пол накала ламп. Радиационного излучения Джок не зафиксировал, но кое-что другое привлекло его внимание. Майлз еще не мог с такого расстояния различить это, но Джок видел внизу у стен и на полу валяющиеся в беспорядке еще не остывшие тела людей. Мутант стал осторожно спускаться по желеблющемуся лестничному пролету. Последний пролет перегораживала рухнувшая сверху часть лестницы, и Джок попытался убрать ее с дороги. Вся конструкция лестницы, крепившаяся на стальных штырях к стенам бетонной шахты, заходила ходуном, и Джок понял, что она вот-вот рухнет вниз. Не мешкая, он отбросил преграждающую проход стальную ферму в сторону, обернулся к топтавшемуся позади Майлзу, бесцеремонно ухватил того за грудки, собрав в кулак приличный кусок его одежды, и вместе с человеком прыгнул как можно дальше от шахты. Едва они приземлились на жесткий бетонный пол, как позади раздался грохот и скрежет. Обернувшись, Джок понял, что путь назад перестал существовать. Уцелевший край лестницы находился теперь слишком высоко, и даже Джок не смог бы до него дотянуться.
Майлз завозился рядом и попытался подняться, опираясь руками в пол. Его ладони, не находя опоры, заскользили по чему-то липкому. Джок помог встать инженеру на ноги и человек поплелся к скудному свету лампы у ближайшей стены, причитая:
— Что за дрянь тут разлита. На воду не похожа… — слова застыли на губах Майлза, когда он обнаружил, что весь измазан бурой жидкостью. — Это… это же кровь! Откуда здесь столько крови!?
Майлз стал крутиться волчком, осматриваясь вокруг. Его взгляд наталкивался на изуродованные трупы и лужи крови, скопившиеся во впадинах неровного бетонного пола.
— Джок, это люди Хоукинса. Они мертвы, все мертвы! — Майлз был близок к истерике.
В темных углах, там, где в зал выходили вентиляционные отверстия, вдруг что-то зашипело, задвигалось, зашумело. Мрак внезапно будто ожил, шевелясь и задавливая тенями жалкий свет тусклых ламп. Джок вскинул огнемет, вторично ухватил Майлза за халат, дернул его к себе и, скорчив свирепое лицо, рявкнул на перепуганного человека:
— Мы не одни, Майлз. Держитесь ближе ко мне.
Майлз мелко закивал головой, нервно осматриваясь по сторонам, но ничего не видел в полумраке. Неясные силуэты, выдаваемые лишь слабым фосфорицирующим свечением, появлялись из темных зевов воздухообменников и стремительно расходились вдоль стен, окружая пришельцев. В дальнем конце зала из-за колонны появилась темная фигура в половину человеческого роста. Нечто стояло на двух лапах, а по бокам его непонятного тела колыхались странные уплощенные на концах выросты. Существо едва слышно зашипело и остальные твари, до сих пор скрывавшиеся в тенях, все разом устремились на непрошеных гостей. Они выпрыгивали короткими куриными прыжками, отталкиваясь мощными лапами от пола и, блестя гладкими поверхностями осклизлой кожи, словно живые торпеды, стали приземляться впереди и по бокам отступающих людей. Джок не стал дожидаться, когда существа окажутся рядом. Струя пламени из огнемета разделила все пространство зала пополам. Попадая в ревущую стену огня, твари истошно верещали и шипели. Их кожа пузырилась, трескалась и, лопаясь, выбрасывала из прожженных тел дымящуюся темную жидкость. Едкий туман стал подниматься над разгорающимся адским горнилом, которым поводил Джок из стороны в сторону. Существа отступили, а те, кому повезло меньше, корчились в огне, предпринимая последние отчаянные попытки выскочить из этого ада.

Позади Джока закричал Майлз. Мутант запрокинул к потолку лицо и увидел, как твари, цепляясь за металлические навесы, посыпались сверху, минуя стену огня. Джок оттолкнул Майлза, от чего тот полетел к дальней стене, а сам рванулся туда, где все еще бушевало пламя. Все пространство зала ожило, заполнившись монстрами. Они шипели, окружая Джока, и гадкая слизь стекала с их ужасных челюстей. Джок жег их буквально у собственных ног. Что-то острое вцепилось в его плечи, и перед обернувшимся мутантом замаячила вооруженная смертоносной пилой пасть. Тварь соскочила с потолка прямо на спину Джока и теперь хлестала его жгучими щупальцами по рукам и спине. Кожа куртки еще держалась, но сквозь нее уже проникал странный жар от наносимых ударов. Мутант выпустил огнемет, ухватил тварь за лапу и, оторвав ее от себя, отбросил в сторону…

Майлз очухался от падения и при свете бушующего огня наткнулся взглядом на окровавленное лицо полковника Хоукинса. Инженер был не в том состоянии, чтобы пугаться мертвеца. Заметив, что пальцы полковника сжимают дробовик, Майлз попытался выдернуть оружие. Одеревеневшие пальцы трупа не разжимались и тело Хоукинса, соскользнув по стене, навалилось на инженера. Одна из тварей, заметив движение, зашипела, раскрыла пасть и, растопырив выросты наподобие рулей, засеменила к Майлзу. Столбняк сковал все естество человека. Конец — пронеслось в голове Майлза, и даже движение мертвых пальцев, крепче обхвативших злосчастный дробовик, не проникло в парализованный разум инженера. Мертвая до сего момента рука поднялась, сжимая оружие, и раздался оглушительный выстрел. Гильза, сверкая медным поддоном, полетела мимо глаз ошарашенного Майлза в темноту, а заряд крупной дроби разорвал подступающую тварь на части, словно наполненный жидкой грязью резиновый бурдюк. Поток едкой жидкости вперемежку с кусками толстой кожи облепил Майлза, приводя его в чувство. Человек рядом с Майлзом через силу задышал и завозился, пытаясь перезарядить дробовик. Монстры услышали выстрел и стали собираться в группу, намереваясь сообща накинуться на нового врага…

Машина по имени Джок крутилась, прыгала и наносила удары, уворачиваясь от щупалец, лап и зубов. Разум Джока являлся сейчас всего лишь сторонним наблюдателем. Ловкость, сила и коварство хищников были против точности и скорости биокомпьютера. На смену изничтоженных тварей становились новые, попирая когтистыми лапами разорванные тела своих сородичей. Механически Джок отметил звук выстрела и вяло подумал, что его одного будет недостаточно, чтобы разметать эту стаю. Мысль еще не успела поблекнуть, как, о чудо, вдруг все пространство зала наполнилось роем свистящих пуль. Хлесткие очереди вгрызались в ряды тварей, разнося их на куски, размазывая по стенам и отбрасывая продырявленные туши в темные углы. Под самым потолком, там, где по всему периметру зала шла решетчатая ферма, полыхнуло, и ракета, свистя выхлопом, понеслась в скопление монстров. Джок прекратил отбиваться и прыгнул в противоположную сторону. Упав в кучу человеческих останков, он закрыл голову руками. Позади рвануло так, что все вокруг задрожало. Хор криков гибнущих тварей наполнил пространство зала, соперничая с визгом осколков бетона.

Что-то огромное сверзилось из-под потолка, и посреди зала на согнутые ноги изящно приземлилась гибкая фигура. Грива рыжих волос соперничала с пламенем напалма, изливающегося из огнемета в руках женщины. Делайла планомерно выжигала полчища тварей, упорно двигаясь вперед. Заряд напалма иссяк, и мутантка, отбросив огнемет, извлекла из-за спины дробовик. Оточенными движениями, словно какой-то автомат, она стала досылать заряд за зарядом в казенник и производить выстрелы, разрывая тварей перед собой на куски. А сверху все лился поток свинца, не давая монстрам даже близко подобраться к рыжеволосой воительнице. Монстры не выдержали избиения и устремились в спасительную темноту вентиляционных отверстий. Рядом с Делайлой выросла фигура Крулла, и мутант стал поливать из пулемета отступающих тварей в упор, в то время как Делайла, отбросив опустошенный дробовик, разряжала обойму пистолета. Наконец последняя тварь забилась в конвульсиях, не успев скрыться от гнева мутантов, и одновременно с этим щелкнул опустевший пулемет в руках Крулла. Внезапно наступившую тишину нарушал лишь звук все еще вращающегося вхолостую ротора пулеметных стволов. Делайла выбросила пустую обойму пистолета и, загнав в рукоятку новую, приготовилась вновь сеять смерть. Но вокруг ничто не двигалось. Твари исчезли. Делайла обернулась к пораженному Джоку:
— Не ждал?
Джок скривил исцарапанное лицо в приветливой, как ему казалось, ухмылке, но по лицу Делайлы понял, что скорчил что-то ужасное:
— Признаюсь, я в недоумении. Зачем ты пошла за нами?
— Твое дурацкое, непонятное человеколюбие, Джок. Оно заразно, ты знаешь об этом? — Делайла вдруг стала выглядеть не такой свирепой. Казалось, все предыдущее было просто воинственной маской грубого вояки, за которой пряталось нечто иное, мягкое и уязвимое. Это был лишь мимолетное впечатление, и когда на лицо Делайлы вернулась привычная недовольная гримаса, Джок решил, что ему все это только показалось. Делайла хотела сказать что-то еще, но в противоположном углу зала послышалась возня и слабый голос Майлза:
— Джок? Помогите мне. Быстрее!
Делайла кивнула Круллу, и тот с готовностью помог Джоку подняться. Сама Делайла направилась к Майлзу, на коленях у которого в беспамятстве лежал полковник Хоукинс.
— Кто тут у нас? — Делайла смягчила свой тон, заметив, как побледнело лицо Майлза при ее приближении. — Не бойся… Не трону я тебя.
Майлз испугано смотрел на Делайлу, опасаясь ее не меньше, чем монстров. Заметив за ее спиной ковыляющего Джока в сопровождении Крулла, инженер немного успокоился:
— Это полковник Хоукинс. Он без сознания и потерял много крови. Ему надо помочь…
Человек на коленях Майлза открыл глаза и тут же подобрался, шаря руками в поисках оружия. Враги, заклятые враги склонились над ним, а он был беспомощен. Хоукинс изумленно посмотрел на Майлза, затем вновь на стоящих темной горой мутантов:
— Чего уставились, мутантские отродья? — голос Хоукинса, несмотря на его слабость, был воинственным и презрительным. — Ну, давайте, подходите! Кого из вас придушить первым?
— Полковник! Погодите, я сейчас вам все объясню… — Хоукинс презрительно посмотрел на Майлза, пропустив его примирительный лепет мимо ушей.
— А, ты с ними заодно, продажная шкура! Я тебя первого сейчас придушу, — и полковник, не мешкая, перешел от слов к делу, вцепившись Майлзу в горло. Майлз захрипел и выпучил глаза, в панике отбрыкиваясь от Хоукинса. Джок заметил, что Делайла просто наблюдает за этим спектаклем с кривой ухмылкой на лице, и решил, что уж слишком часто ему приходится спасать этих людей от их собственной глупости.
Громоподобный голос Джока ураганом застучал в барабанных перепонках всех присутствующих. Крулл и Делайла поморщились от мощи этого рупора, а полковник от неожиданности ослабил свою хватку:
— У нас нет времени на расовые разборки, полковник! Мы здесь за тем же, что и вы. Вы тратите драгоценное время. Свое, наше, и людей наверху, в городе. Если в течение часа мы не сможем заглушить реактор, то уже будет неважно, кто из нас мутант, а кто самый настоящий человек…
Полковник отбросил задыхающегося Майлза от себя, и Делайла и Крулл ничего не успели предпринять… Хоукинс схватил валявшийся под телом Майлза пистолет и направил его дуло прямо в лоб Джока. Все застыли, ожидая неминуемого выстрела. Делайла подумала, что Джок и в самом деле полный дурак. Джок же смотрел не в черное жерло ствола, а в горящие ненавистью глаза полковника. Кроме ненависти там ведь должно что-то быть? То, что заставило Хоукинса спуститься сюда и рисковать собственной жизнью ради спасения людей. Джок искал эти искорки долга и благородства. Черты лица самого Джока при этом то становились скорбными, то гранитно-непроницаемыми, то мягкими, готовыми расцвести улыбкой, и полковник невольно поддался на эту искренность. Джок наконец обнаружил в его глазах то, что искал, и Хоукинс обессилено опустил пистолет, уронив его на израненные ноги.
— Почему я должен вам верить? Неужели мир перевернулся, и мутанты решили в чем-то помочь людям?
У Джока вдруг не оказалось слов, чтобы закрепить наметившееся примирение. Любые высокопарные фразы показались ему глупыми для это умудренного жизнью человека. Но неожиданно поддержка пришла оттуда, откуда Джок не ожидал ее получить. Делайла ответила за него:
— Не забывай, что мы тоже когда-то были людьми… Да это, наверное, для тебя и неважно. Ну что же! Думаю, ты поверишь мне, если я скажу, что мы спасаем всего лишь свои собственные шкуры. Ведь именно так должны думать грязные мутяры. Верно, полковник, ничего большего мы и помыслить не можем. — В словах Делайлы было что-то скрытое и глубоко личное, которое против ее собственной воли прорвалось сквозь грубую форму слов. Наверное, это почувствовал и Хоукинс. Он чуть по иному посмотрел на Делайлу и отвел взгляд, встретившись с ее пылающим взором:
— Что вы собираетесь предпринять? Я не могу отправиться с вами. А задерживать не имею морального права.
— Но его нельзя здесь оставлять, мистер Джок. — Майлз, похоже, совершенно не питал ненависти к полковнику из-за его последней выходки. — Повсюду эти твари…
— Ваши руки нам не помешают, полковник. — Джок обернулся. — Крулл, понесешь человека за спиной. Соорудим из кожаных ремней люльку, и он будет прикрывать тебе спину. Как думаешь, может получиться?
Крулл улыбнулся:
— Еще бы! Да я двоих таких, как он, смогу нести!
Делайла покачала головой, глядя на этих сумасшедших, но все же сдернула с себя кожаную куртку и бросила ее Джоку, оставшись в одной майке. Вскоре импровизированный заплечный мешок был готов. Еще немного времени было потрачено на очень неприятную, но необходимую процедуру исследования останков людей, погребенных под кучами мертвых монстров. Джок выудил новые заряды к огнемету, а Крулл нашел полную ленту боеприпасов для пулемета. Делайла вооружилась новеньким пистолетом, а Хоукинс парой коротких автоматов. Крулл опасливо посматривал за спину на этого вооруженного до зубов калеку, и Хоукинс, заметив это, стал подшучивать над громадным мутантом, постепенно заводя его:
— Чего косишь недобрым взглядом, рядовой Крулл — окосеешь. Да не боись! Ну, прострелю тебе задницу — ничего страшного…
А Крулл в ответ, свирепея:
— Полковник, боюсь, мое терпение иссякает, и я буду вынужден размазать вашу милость по стенам…
Делайла подлила масла в огонь:
— С каких это пор, ты, рядовой Крулл, стал настолько учтив? Книжек много читал умных… И как только ты попал ко мне в отделение…
Крулл, обиженный в своих лучших чувствах, насупился и замолчал. Майлз вопросительно посмотрел на Джока, а тот просто махнул на все это рукой, сосредоточившись на подготовке к предстоящему пути…

Очередной изгиб давящего на психику бетонного коридора заканчивался массивной дверью. Майлз дернул запирающий рычаг, но тот не поддался. Делайла сделала знак остальным приготовиться, а сама, ухватившись за рычаг, без всякого усилия повернула его. Запирающий механизм со скрипом провернулся, и обжимные колодки ушли внутрь стальной двери. Делайла толкнула тяжелую дверь и, не дожидаясь, пока та распахнется полностью, отскочила к остальным, взяв наизготовку пистолет. Внутри реакторный зал был еще мрачнее, чем все виденные ими ранее помещения форпоста. В отличие от верхних горизонтов светильники на стенах и даже потолке закрывала какая-то осклизлая влажная гадость. В центре зала, там, где возвышался цоколь реактора, редкими рядами торчали странные сферические объекты, наполовину погруженные в подобие жирных водорослей, устилающих толстым слоем бетонный пол.

Делайла опасливо ступила на влажную поверхность:
— Что это такое, черт возьми?
— Похоже на яйца этих тварей… — предположил Майлз.
Джок указал на дальнюю стену:
— Видите пролом в стене. Похоже, там сообщающаяся пещера. Оттуда они и проникли на нижние ярусы базы.
Хоукинс согласно кивнул:
— Рядом шурфы уранового рудника, а эта база — бывший засекреченный исследовательский центр…
Делайла, прислушавшись, прервала полковника и приложила палец к губам:
— Тихо… Твари… Они рядом. Я слышу их шипение.
— Только этого еще не хватало! Крулл, заблокируй дверь в коридор и держи ее под прицелом. — Джок повернулся к Майлзу: — У нас нет времени разбираться в причинах отказа автоматики. Мы должны как можно быстрее заглушить реактор вручную и выбираться отсюда.
Майлз сглотнул и бросился к компьютерной консоли в центре зала. Инженер застучал по клавишам контрольного пульта и вскоре дисплей дистанционного управления системами реактора очистился от ряби, заполнившись строчками сообщений загружающейся программы. Основной диспетчер функций, ломаясь помехами, отобразился на экране, и Майлз стал углубляться в хитросплетения команд, формируя управляющую последовательность. Подчиняясь командам, автоматика реактора должна ввести аварийные стержни в активную зону, тем самым, тормозя реакцию. Время шло и на лице инженера постепенно проступало выражение отчаяния. Он все чаще нервно переводил взгляд с контрольного монитора положения стержней на дисплей компьютера. Джок понимал, что что-то идет не так. Наконец Майлз обессилено опустил руки:
— Не выходит! Что-то механически блокирует стержни. Я только ухудшил ситуацию. — Майлз стер со лба градом катящиеся крупные капли пота и тут только Джок и все остальные подметили, что в помещении становится жарковато. И раньше, как только они вошли сюда, здесь было жарко, но сейчас стало просто невыносимо.
— Надо через технический колодец заглянуть, что там случилось. — Майлз встал на колени, брезгливо очищая часть пола от залепившей его гадости. Джок и все остальные встали вокруг него полукругом, настороженно поводя оружием по сторонам.
— Эй, Майлз, что там? — нетерпеливо спросила Делайла.
— Технический колодец забит какой-то дрянью. Ничего нельзя разглядеть.
Хоукинс за спиной Крулла скривил лицо и крикнул:
— Так избавься от этого дерьма.
Майлз лихорадочно соображал, как же это сделать. Делайла распорядилась этим советом по своему. Она отвела ствол пистолета в сторону и выстрелила. Яйцо, закрывавшее технический колодец, разлетелось ошметками и обляпало с ног до головы вздрогнувшего Майлза. И тут началось что-то невообразимое. Внезапно сверху послышался дикий визг, переходящий в ультразвук, и людей моментально обдало холодной волной страха, а паучки своими мохнатыми лапками стали бегать по обнаженной душе. Майлз и все остальные застыли, задрав головы вверх. Из-под потолка, облепленная тяжами и слизью, на пол спускалась тварь, которая не походила на виденных ими ранее. Ее кожа имела темно серый свинцовый оттенок, кончики щупалец и рыла были подернуты поседевшими кусками сморщенной кожи, а по краям тела то и дело пробегали всполохи странного свечения. Тварь, не достигнув пола, вдруг неуклюже задергалась, будто старалась разорвать держащие ее путы, а поглощенные этим зрелищем люди не заметили, как среди яиц бесшумно появились многочисленные чудовища. Делайла пнула остолбеневшего Майлза и тот грохнулся на четвереньки как раз на край технического колодца:
— Быстрее, Майлз… Мать твою! Делай же что-нибудь… — Более она не могла отвлекаться, так как твари вдруг полезли со всех сторон. Они лавировали между яйцами, постоянно шипели и подпрыгивали, сбивая людей с толку. Джок, Делайла и Крулл, сомкнув треугольник вокруг Майлза, открыли ураганный огонь. Яйца лопались, морщась от жара огнеметов, или, разорванные тучей пуль, разлетались на куски. Твари, натыкаясь на кинжальный огонь, лишались конечностей, с чавканьем пропускали сквозь свои тела пули, и уже безжизненными тушами валились у ног стрелков. Их место занимали другие, целым потоком изливаясь в пролом стены реакторного зала.

В огнемете Джока закончилось горючее, и он закричал:
— Делайла, прикрой мой сектор!!!
Делайла выпустила над полом густую струю зажигательной смеси, уперла огнемет в бедро, а свободной рукой выдернула из набедренной кобуры пистолет и стала методично расстреливать тварей, стремящихся отсечь Джока. Когда обойма закончилась, Делайла вернула пистолет в кобуру и Джок, кивнув, закрыл образовавшуюся брешь в обороне свежим потоком пламени.
Сквозь какофонию из визга и выстрелов пробился голос Майлза:
— Стержни опутаны этой мерзостью непосредственно у створа. Люк отсутствует, и эта гадость спускается вниз, в защитный бассейн. Нужно освободить стержни…
Джок на секунду отвлекся. Он понял, что имел в виду Майлз. Кто-то должен нырнуть в воду и, опустившись непосредственно к ядру реактора, освободить стержни. При этом смельчак получит огромную дозу радиации и наверняка погибнет. Джок принял решение моментально. Последний раз залив огнем пол на своем направлении, мутант бросил огнемет, скинул куртку вместе с заплечным чехлом для боеприпасов и прыгнул к техническому люку.
Делайла обернулась и закричала:
— Нет, Джок…. Наверняка есть другой способ… Стой!!!
Но Джок лишь кивнул Майлзу и нырнул в толщу зеленоватой воды. Делайла отбросила свой разряженный огнемет и, подняв огнемет Джока, окатила наступающих тварей новой рекой огня. В руках Крулла пулемет жалобно щелкнул последним звеном пулеметной ленты и затих, все еще дымясь испарениями от попавшей на горячий ствол слизи. За спиной закричал Хоукинс:
— Крулл, развернись быстрее и заряжай машинку.
Крулл сообразил, что к чему. Он развернулся к наседающим тварям спиной и вытащил из заплечного рундука новую промасленную ленту пулеметных патронов. Хоукинс вытянул руки, в которых сжимал автоматы, и стал поливать свинцом атакующих монстров. Чувствуя, что боезапас в автоматах подходит к концу, он заорал:
— Быстрее Крулл… Черт, пошевеливайся!!!
— Есть, сэр! — Лента легла в приемник пулемета как раз в тот момент, когда Хоукинс бросил бесполезные автоматы на пол и отстреливал отдельных тварей из пистолета. Крулл развернулся, позволяя Хоукинсу облегченно вздохнуть, и принялся выкашивать поредевшие ряды монстров плотным пулеметным огнем.
Все это время Джок, набрав в легкие побольше воздуха, приближался к ядру реактора. Всем своим естеством он чувствовал, как все большие потоки радиации разрушают клетки его организма, выжигая сетчатку и наполняя кровь осколками разрушенных клеток. Непослушные пальцы наконец ткнулись в шершавую поверхность плиты оболочки реактора и дальше уже на ощупь Джок стал отдирать от приводов аварийных стержней куски застывшей слизи и какой-то другой субстанции, которая была теплой на ощупь и пульсировала под пальцами. Он не слышал, как Майлз сверху орал в исступлении, что Джок уже может подниматься наверх, что стержни освободились, но мутант все еще продолжал отдирать остатки чужеродной биомассы, пока не почувствовал, что стержни беспрепятственно скользнули вниз. Биокомпьютер, задыхаясь от недостатка кислорода, все это время боролся за жизнь мутанта. Он стимулировал сердце, он удерживал разум от падения в темноту и Джок из последних сил, едва не глотая воду, стал подниматься на поверхность.

Майлз, слишком занятый наблюдением за Джоком, не заметил, как седая тварь под потолком наконец-то освободилась от связывающих ее пут и упала вниз. Она придавила инженера своим весом, и тот, не в силах кричать, обречено следил, как капли слизи, капая из ужасной пасти, застилают стекла его очков. Делайла и Хоукинс, заметив бедственное положение Майлза, не сговариваясь, одновременно открыли огонь по королеве тварей из пистолетов. Тварь заверещала, отвлекаясь от своей жертвы, и ринулась на Делайлу. Пистолет в руке Делайлы бесполезно щелкнул. Удар жестких щупалец поверг мутантку на пол. Крулл кинулся наперерез готовой прыгнуть королеве и, вытянув огромные руки, уцепился за края разверстой пасти монстра. Его мышцы напряглись, и в следующую секунду мутант просто разорвал тварь на части. Весь залитый слизью и кровью, с ободранными руками и исцарапанным лицом, он торжествующе отбросил куски мертвого тела в сторону. Внезапно оставшиеся монстры потеряли слаженность действий. Будто шокированные гибелью своей повелительницы, они стали неуклюже кружить вокруг людей.

Майлз поймал уже совершенно безвольное тело Джока, но вытащить его из люка самостоятельно не смог и Делайла помогла инженеру выволочь Джока на поверхность пола. Крулл взял истощенное тело Джока на руки, и люди стали отступать к выходу, отстреливая редких монстров, вознамерившихся атаковать ускользающую добычу.

Они выбрались на поверхность через огромные ворота, скрытые в скалах. От тепла солнечных лучей слизь и кровь стали застывать на их одежде и коже грубой коркой.
Делайла оглянулась по сторонам, и ее лицо помрачнело:
— Где же город, Майлз? Ты соврал!
Джок, которого Крулл опустил на землю, заворочался и хрипло проговорил:
— Значит, все это зря, Майлз?
Джок полностью ослеп. Только сумятица вспышек фонящих радиацией клеток будоражила его сознание через разрушенные нервные окончания зрительного нерва. Организм все еще боролся, но, похоже, время было уже упущено. Биокомпьютер, почти полностью разрушенный излучением, подавал лишь слабые признаки жизни.
Хоукинс дернул Крулла, заставляя его повернуться, и указал куда-то за спину мутанта. Мутант, щурясь, стал вглядываться в лежащую у подножия гор цветущую долину:
— Нет, Джок, он не врал! Мы действительно спасли целый город.
Делайла обернулась, и вместе с Майлзом и Хоукинсом они стали рассматривать приютившийся в долине городок. Люди, не подозревавшие, какая им грозила опасность, ходили по аккуратным улицам и занимались своими повседневными делами. Ребятня беззаботно играла и смеялась, радуясь лучам солнца. Уютные домики смотрели на редко встречающуюся в послевоенных городах зелень, высаженную в чистых ухоженных двориках. Мирная картина, которой могло бы и не быть, если бы не мужество Джока и его товарищей.
Они обернулись к сидящему у скалы Джоку и увидели на его застывшем лице счастливую улыбку… Обычную человеческую улыбку.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Можно использовать следующие HTML-теги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>